Решил продолжить свой неоконченный рассказ (если хотите смотреть начало - смотрите, щелкнув по тегу "литература")
Из кармана послышались бравурные завывания - Бишоп каждый раз давал себе слово сменить проклятую мелодию, но после звонка, конечно же, забывал, подхваченный вихрем очередных забот. Звонил, конечно, Дмитрий. Он тоже поспал, и теперь звучал гораздо бодрее. Настолько бодрее, что предложил не сидеть в гостинице, а выйти подышать.
Бишоп несколько удивился, но вызов принял. Расплатившись с Машей (по европейски, десять процентов чаевых сверх счета), он потыкался в филиппс и обнаружил что на расстоянии километра от гостиницы есть ресторан, который путеводитель характеризовал как "очень привлекательный", что бы это не означало. Ресторан назывался "Уголек", и по всем признакам выходило, что тамошняя пища была для Бишопа абсолютным табу. К счастью, у него было время привыкнуть к такому положению вещей.
Они встретились на выходе из гостиницы. Улица была ярко освещена, солнце зашло недавно, но жара уже начала спадать, так что улица была битком забита спешащими куда-то пешеходами. Двум пожилым джентльменам пришлось приспособиться к их скорости, так что первые несколько минут они шли молча.
Продолжение следует
Из кармана послышались бравурные завывания - Бишоп каждый раз давал себе слово сменить проклятую мелодию, но после звонка, конечно же, забывал, подхваченный вихрем очередных забот. Звонил, конечно, Дмитрий. Он тоже поспал, и теперь звучал гораздо бодрее. Настолько бодрее, что предложил не сидеть в гостинице, а выйти подышать.
Бишоп несколько удивился, но вызов принял. Расплатившись с Машей (по европейски, десять процентов чаевых сверх счета), он потыкался в филиппс и обнаружил что на расстоянии километра от гостиницы есть ресторан, который путеводитель характеризовал как "очень привлекательный", что бы это не означало. Ресторан назывался "Уголек", и по всем признакам выходило, что тамошняя пища была для Бишопа абсолютным табу. К счастью, у него было время привыкнуть к такому положению вещей.
Они встретились на выходе из гостиницы. Улица была ярко освещена, солнце зашло недавно, но жара уже начала спадать, так что улица была битком забита спешащими куда-то пешеходами. Двум пожилым джентльменам пришлось приспособиться к их скорости, так что первые несколько минут они шли молча.
Продолжение следует