Продолжаю слушать историю постязыческой Римской империи. Знакомлюсь с теми этическими и богословскими спорами, которые отгремели полтора тысячелетия назад. Все-таки история это кладбище великих возможностей.
Почему отцом христианства стал мрачный мистик
Блаженный Августин, а не гуманист Пелагий, обвиненный в ереси? Августин считал что существует божественное предопределение, кто будет спасен, а кто отправлен в ад. И метания самого человечка ничего не решают, потому что человек после грехопадения лишен настоящей свободы воли.
Пелагий и его ученики отрицали концепцию первородного греха, считая что до момента нарушения законов, установленных властями церковными и мирскими - ребенок и взрослый чист и безгрешен, и что собственная сила воли и нравственный закон может продолжить такое существование сколь угодно долго.
Подозреваю что я как и в прошлый раз - пишу что-то, отличающееся редкой исторической наивностью.