![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
e_mirУберем из рассмотрения моральные аспекты свободы слова (хотя совершенно ясно что тот, кто ограничивает ваш доступ к информации - в глубине души считает себя вашим хозяином., цитата хоть и из компьютерной игры, но из очень хорошей). Но все-таки плюнем на мораль, поговорим о практичности запретов.
Почему-то у людей, которые хотят запретить взрослым людям смотреть и читать Лолиту, верить или не верить в бога, и даже слушать или не слушать шансон - не возникает ни малейшего сомнения в том что связь между "плохой информацией" и "плохим поведением" - линейная. Типа - "смотрел порно - стал маньяком-педофилом", "увидел на экране пьющих мужиков - стал алкоголиком" и так далее.
То что закрытие определенных видов информации рождает эффект "запретного плода", делая такую информацию субьективно много более ценной - не говорит только ленивый. Советские глушилки были лучшей возможной рекламой для радио "Свобода" и "Немецкая волна".
Но есть и совершенно другой эффект нелинейности - увеличение размаха запретительной деятельности из-за эффекта храповика.
То есть получается так - сначала запрещается что-то совершенно очевидное, реклама наркотиков по телевидению (раз уж сами наркотики запрещены). Понятное дело что 99% депутатов голосуют за запрет. Далее - уже что-то менее очевидное, вроде пропаганды педофилии, но все равно - кто ж проголосует против? Вы ж не педофилы, чтоб против голосовать? Затем на мушке появляется что-то уже совсем неочевидное вроде запрета пропаганды гомосексуализма, курения, алкоголя. Но здравый смысл уже заменен (если он был) на испуг оказаться вне мэйнстрима, так что и такие запреты замечательно проходят.
Но чем больше вещей запрещается - тем менее запрет каждой из них будет важен. Сами понимаете - одно дело хранить в голове запрет двух-трех важных вещей, другое дело - вести постоянно увеличивающиеся списки "чего теперь нельзя". Кстати, в СССРе, где государство пыталось контролировать информацию от и до - система контроля в конце концов стала давать серьезные сбои именно из-за дикого обилия запрещенных тем.
Почему-то у людей, которые хотят запретить взрослым людям смотреть и читать Лолиту, верить или не верить в бога, и даже слушать или не слушать шансон - не возникает ни малейшего сомнения в том что связь между "плохой информацией" и "плохим поведением" - линейная. Типа - "смотрел порно - стал маньяком-педофилом", "увидел на экране пьющих мужиков - стал алкоголиком" и так далее.
То что закрытие определенных видов информации рождает эффект "запретного плода", делая такую информацию субьективно много более ценной - не говорит только ленивый. Советские глушилки были лучшей возможной рекламой для радио "Свобода" и "Немецкая волна".
Но есть и совершенно другой эффект нелинейности - увеличение размаха запретительной деятельности из-за эффекта храповика.
То есть получается так - сначала запрещается что-то совершенно очевидное, реклама наркотиков по телевидению (раз уж сами наркотики запрещены). Понятное дело что 99% депутатов голосуют за запрет. Далее - уже что-то менее очевидное, вроде пропаганды педофилии, но все равно - кто ж проголосует против? Вы ж не педофилы, чтоб против голосовать? Затем на мушке появляется что-то уже совсем неочевидное вроде запрета пропаганды гомосексуализма, курения, алкоголя. Но здравый смысл уже заменен (если он был) на испуг оказаться вне мэйнстрима, так что и такие запреты замечательно проходят.
Но чем больше вещей запрещается - тем менее запрет каждой из них будет важен. Сами понимаете - одно дело хранить в голове запрет двух-трех важных вещей, другое дело - вести постоянно увеличивающиеся списки "чего теперь нельзя". Кстати, в СССРе, где государство пыталось контролировать информацию от и до - система контроля в конце концов стала давать серьезные сбои именно из-за дикого обилия запрещенных тем.
Итожим - свобода слова для общества - проще и ДЕШЕВЛЕ. Любой запрет это не только строчка в законе - но и необходимость создать орган который за этим запретом следит. А далее - орган который следит за следящими органами. Это все - весьма и весьма дорогое удовольствие.
